«Царские ворота» капитана Сухины: как парусник «Херсонес» обогнул мыс Горн

Капитан Михаил Сухина. Фото из архива Николая Аникеева

В далеком 1997 году парусник «Херсонес», используя только силу ветра, обогнул мыс Горн. За это достижение Чилийская судоходная ассоциация вручила судну соответствующий диплом и присвоила капитану «Херсонеса» Михаилу Сухине почетное звание «Альбатрос». До «Херсонеса» такой переход удался барку «Памир» в 1949 году, а после - никому.

"Херсонес" успешно обогнул мыс Горн под парусами. Фото из архива Николая Аникеева

Михаил Сухина - коренной севастополец из династии моряков. Он получил морское образование в Херсонском мореходном училище. Отработав десятки лет на промысловых судах помощником и капитаном, Михаил Иванович наконец получил работу мечты, став капитаном учебного парусного судна «Херсонес» на целых 15 лет.

В стране полным ходом шла перестройка. «Херсонес» начал делать свои первые выходы с курсантами из Севастополя до Канарских островов.

Во время захода в Гамбург Михаил Сухина познакомился с директором компании Inmaris Perestroyka Sailing капитаном Уве Кохом. Тогда и появилась идея обогнуть на паруснике мыс Горн. Подготовка началась в 1995 году.

Предстояло пересечь 50-ю параллель южной широты в Тихом и Атлантическом океанах - «неистовые пятидесятые», пройти через самый опасный в мире пролив - пролив Дрейка, где господствуют сильные ветры - «бравые весты», побывать «в глотке дьявола» (как говорили бывалые моряки).

Рейс решено было выполнять зимой 1996-1997 года (летний период в Южном полушарии). Финансирование обеспечили за счет трейнизов. Трейниз - стажер, «сухопутный» человек, который может попасть на борт и пройти с командой часть пути за определенную плату.

В путь с маршем

В конце октября «Херсонес» уходил в длительное плавание из Санкт-Петербурга под «Прощание славянки». На борту - 41 человек постоянного экипажа и 64 студента-практиканта Керченского высшего профессионального училища №12.

Через четыре дня корабль был в порту Киль (Германия). На борт прибыли первые трейнизы и инструктор по связи Сергей Коротков с женой. Через несколько дней парусник вошел в Северное море.

Начало плавания было спокойным, но море показало свой нрав 29 и 30 октября.

- Северо-западный ветер не на шутку разыгрался, скорость доходила до 35 м/с. Он низко проносил над мачтами темные дождевые облака. Срывало косые паруса. Обрывая ногти, команда пыталась свернуть их. Всем остальным выход на верхнюю палубу был запрещен. Корабль бросало как щепку с борта на борт, он черпал воду. Чуть не смыло за борт двух матросов. Сильные удары волн о корпус, рев ветра в снастях и хлопающий грохот порванных парусов гнетуще действовали на психику новичков. Вот истина: кто в море не бывал, тот и богу не молился, - рассказывает Михаил Иванович.

Ставить паруса - работа не из легких. Фото из архива Николая Аникеева

Истерзанный ураганом, с несколькими порванными парусами, «Херсонес» зашел в порт Сен-Мало зализать раны. Заменили паруса, раскрепили по-новому спасательные плоты, очистили от ракушек систему охлаждения двигателей. Через четыре дня курс проложили на Канарские острова в порт Санта-Крус-де-Тенерифе.

Потеплело, все сняли теплые парки и свитеры. Даже океанская вода казалась голубее. Во время трехдневной стоянки в порту вдоль каждого борта закрепили по два стальных леера, между ними натянули сетку. Эти сооружения назвали «курсантоуловители». Утром 20 ноября парусник покинул порт и под напором свежего норд-оста на всех парусах отправился в путь.

В 150 милях севернее от островов Зеленого Мыса «Херсонес» лег на запад. Жарко светило солнце, ветер завывал в снастях, скрипели мачты и реи. Экипаж жил в обычном ритме - уборка, работа, занятия, трейнизы просили у боцманов любой работы, отдельные учились вахтенной службе. Дважды в день деревянную палубу окатывали водой, все желающие охладиться танцевали под струями, как африканское племя Мумбо-юмбо.

По вечерам - просмотры фильмов, рассказы бывалых и песни под гитару.

- Я смотрел на темно-синий купол неба с множеством ярких звезд и размышлял. Ничего не изменилось на небесах за 500 прошедших лет, когда Колумб следовал по этому пути без современных навигационных и факсимильных карт. То были железные люди на малых деревянных судах. Мир стал совершеннее. Большие стальные корабли бороздят моря и океаны. Вот и мы решили бросить вызов суровой стихии и испытать себя в этом семимесячном походе на паруснике «Херсонес», - продолжил Михаил Иванович.

Слаженная работа на судне - залог успеха. Фото из архива Николая Аникеева

Карибские впечатления

И вот первый участок пути через Атлантику пройден.

4 декабря экипаж приветствовали на островах Мартиника - в порту Фор-де-Франс, Санта-Люсия - в порту Кастрис.

- На пятый день отдали якорь у небольшого острова Майро с одной деревенькой, шестью ресторанами и населением 200 человек. Все работают в ресторанах, добывают для них морепродукты. По обычаю на борт прибыл карибский оркестр музыкантов с экзотичными инструментами из железных бочек под машинное масло. Благодарные трейнизы решили устроить вечеринку в ресторане для всего экипажа.

19 декабря «Херсонес» прошел Панамский канал.

«Экватор на ремонте»

Тихий океан дышал своей грудью плавно и жарко, без ветра, с дымкой. Корабль двигался на юг, рассекая океанскую гладь винтом и оставляя след за кормой. Все готовились к первому переходу через экватор.

- Но вот незадача! Объявили по трансляции: «В связи с ремонтом экватор перенесен южнее на два градуса широты - и нашлись такие, которые поверили шутке, - вспоминал капитан.

Пересечение экватора - настоящее событие для моряков. На «Херсонесе» его отметили с размахом.

Под оглушительную музыку, крики в сопровождении огромной свиты на верхнюю палубу поднялся царь морей и океанов Нептун и уселся на трон. У его ног - две русалки, рядом разбойного вида страж. Когда звездочет определил местоположение судна, Нептун призвал капитана. Тот рассказал о цели прохода и принес выкуп - бочонок вина.

- Нептун затем приступает к крещению новичков в должностях и впервые проходящих экватор. Доктор, играя огромной клизмой, и цирюльник с длинными ножницами и серповидной бритвой приводят клиента в потребный вид, передавая его чертям. Попасть ли в чистилище или купель, определял приговор Нептуна. После купели виночерпий вручает кубок живительной влаги. Все получили дипломы о пересечении экватора. Нептун пожелал капитану и всему экипажу удачи на пути следования и удалился в окружении свиты в океанскую пучину, - вспоминал Михаил Сухина.

Новый год встретили при хорошей погоде в дрейфе с наряженной елкой на верхней палубе, концертом, танцами и розыгрышами.

Тост за русский язык в Чили

Конечный порт захода перед мысом Горн - Вальпараисо. Здесь парусник встречал капитан Уве Кох. Предстояло пополнить судовые запасы и получить ранее заказанные четыре паруса.

Экипаж нанес визит командующему военно-морским районом и начальнику морской администрации, посетил Морскую академию - кузницу офицеров военного и торгового флотов.

А специалист по снабжению Валерий пригласил экипаж в гости.

Грузин по национальности, Валерий работал на судах механиком, но потом оказался на обочине огромной разорванной страны. По контракту он был направлен на иностранное судно в Вальпараисо, но оно ушло раньше, оставив его в чужой стране без денег и знания языка. Брался за любую работу, учил язык.

- Родители невесты Валерия пригласили нас к себе в гости. Собрались многочисленные родственники и соседи. Казалось, что застолье проходит где-то на Корабельной стороне в Севастополе. Нас растрогал длинный и красивый, как умеют это грузины, тост Валерия выпить за русский язык. Благодаря его знанию он получил образование, имел раньше хорошую работу и достойно живет сейчас в Чили, - вспоминает капитан.

Все, кому удавалось под парусами обогнуть мыс Горн и побывать в «глотке дьявола», считались людьми особыми. Им присваивался специальный титул «капонье» («cape» - мыс), и они имели право носить серьгу в левом ухе, а капитаны получали титул «Альбатрос».

В Чили Михаил Сухина познакомился с президентом Общества капитанов и Чилийской секции Международной ассоциации капонье, обогнувших мыс Горн на парусных кораблях, адмиралом Роберто Буэновенте. Уйдя на пенсию, он работал лоцманом, знал все шхеры и пролив Магеллана. Установил на Огненной Земле крест, на мысе Горн - оригинальный памятник капонье. Роберто Буэновенте согласился пройти с экипажем до Буэнос-Айреса.

«Царские ворота» у мыса Горн

В полдень 17 января 1997 года под прощальные три гудка парусник «Херсонес» покинул гостеприимный порт. На борту 79 человек трейнизов, включая две группы телевизионщиков и двух журналистов.

Меняющий направление сильный порывистый ветер вынуждает корабль следовать переменно под парусами или с помощью машины.

24 января под всеми парусами «Херсонес» пересек южную параллель 50 градусов в Тихом океане. Шквальный ветер силой 18-20 м/с гнал парусник вперед, бросая его, как щепку, в бездну волн. Борта черпали воду, и она гуляла по палубе, а низко пролетающие темные тучи поливали «Херсонес» холодным дождем.

- Вечером мы достигли самой южной точки нашего плавания, увидели с левого борта очертания грозного мыса Горн и легли на новый курс. В это время по договоренности над нами низко пролетел чилийский военный самолет и сделал снимки. И вот 27 января 1997 года в 21:09 мы пересекли меридиан мыса Горн под троекратное «Ура!», - вспоминает Михаил Сухина.

И тут произошло практически чудо.

- Как предвестник большой удачи над нами появились «Царские ворота» - две радуги, в которые входил парусник, - говорит капитан.

Затем моряки почтили минутой молчания память порядка 10-12 тысяч моряков и 800 парусных судов, погибших этом коварном месте.

Капитан Сухина, Уве Кох и адмирал Буэновенте опустили венок за борт. Из всех динамиков судовой трансляции над палубой и океаном раздалась песня Владимира Высоцкого «Этот день будем помнить всегда и везде…».

- Прав поэт: рано еще петь реквием парусу, мы действительно «идем с океаном на равных, не терзая винтами воды». Эмоции переполняли, мы пока не осознавали, что совершили, но твердо знали: эти мгновения никогда не забудутся, - добавляет Михаил Иванович.

Гонимый ветром парусник прошел в 5,1 мили от мыса Горн. Трейнизы свои эмоции выражали радостными бурными криками, благодарили своего Расмуса (вроде нашего домового) и удивлялись нашей сдержанности. До поздней ночи все пребывали в возбужденном и приподнятом настроении.

Более суток парусник пролежал в дрейфе, а затем продолжил путь. 30 января в 4.30 «Херсонес» пересек южную параллель 50 градусов Атлантического океана в северном направлении. Поставленная задача выполнена!

- Мы прошли из одного океана в другой за 6 суток 20 часов 30 минут, потеряв двое суток из-за отсутствия ветра и не побили рекорд, принадлежащий барку «Приваль» - 6 суток 14 часов, - говорит капитан.

Адмирал Буэновенте вручил всем специальные дипломы о прохождении мыса Горн.

Портеро - потомки кораблей

До очередного порта захода предстояло преодолеть более тысячи миль по капризному океану. 4 февраля при подходе к устью Рио-де-ла Плата разыгрался шквальный ветер и начались ливни. Всю ночь команда убирала паруса, и с помощью машины корабль входил в реку под лоцманской проводкой.

Но в порту Буэнос-Айрес (в переводе - «добрые ветра», «хороший воздух») утром было безветренно и солнечно. «Херсонес» пришвартовали в центре города. Причал пестрел от множества встречающих, играл оркестр военных моряков в белоснежной униформе.

С момента открытия этой земли в 16 веке сюда ринулись за лучшей жизнью из центральных и восточных районов Испании, Италии. Здесь много диаспор россиян, украинцев, евреев. Формировался народ Аргентины - веселый, энергичный, доброжелательный и отзывчивый.

- Один аргентинец пригласил меня отужинать в ресторане и ночью посетить несколько танго-кафе. В зале танцевали танго люди в возрасте 25-60 лет. Мелодии сменяют одна другую, и так до шести утра. А утром кто на работу, а кто досыпать. «Как так можно?» - «Для этого надо быть портеро. Вам, европейцам, этого не понять», - вспоминает капитан.

Портеро - особенные люди. О своем происхождении они говорят так: «Мексиканцы произошли от ацтеков, перуанцы - от инков, европейцы утверждают свое происхождение от обезьян, а мы - от кораблей». Жители Аргентины - потомки мигрантов со всего света, и танго для них в какой-то мере стало символом несбывшейся мечты и тоски по прошлому.

«О Рио, Рио!»

Парусник покинул гостеприимную столицу Аргентины и направился в Рио-де-Жанейро.

- Под всеми парусами мы заходили в бухту. С высоты горы Корковадо нас встречал с распростертыми руками Христос-Искупитель, будто говоря: «Я защищу Землю и всех вас», - продолжает капитан.

Экипаж познакомился с городом. Не обошлось без ограбления одного из трейнизов на знаменитом пляже Копакабана.

На борту «Херсонеса» побывала делегация от ВМФ и Ассоциации учебных парусных судов Бразилии, решено было построить у себя такой же учебный парусник.

Встреча в Ростоке

Парусник продолжил свой путь. После 4 апреля был взят курс на Лиссабон.

Пройдя спокойно Бискайский залив и Ла-Манш, «Херсонес» зашел в порт Ден-Хельдер и затем последовал в официальный конечный порт плавания - Росток (Германия).

25 апреля в Старой городской гавани Ростока парусник встречали руководители ИНМАРИС, члены комитета фестиваля, трейнизы, обогнувшие на нем мыс Горн.

На следующий день в старинном здании Ассоциации судовладельцев города был дан прием в честь исторического плавания. Присутствовали городские власти, президент Международной ассоциации капонье, ректор КМТИ, представители парусной общественности, экипаж, трейнизы. Настоящим сюрпризом стало появление на торжестве Роберто Буэновенте. Он вручил капитану фигуру альбатроса, изготовленную из чилийской сосны. Эта птица - символ единства человека и природы. Также адмирал Буэновенте вручил именные памятные медали постоянному экипажу и практикантам. Они были специально отлиты на монетном дворе Чили в честь прохождения под парусами мыса Горн.

Роберто Буэновенте вручает экипажу парусника статуэтку альбатроса. Фото из архива Николая Аникеева

29 апреля «Херсонес» оставил за кормой гостеприимный Росток и утром 5 мая 1997 года, пройдя 23 тысячи миль, через 216 суток ошвартовался в порту Санкт-Петербург. На второй день списались практиканты и уехали в Керчь. Это были уже не зеленые салажата, а просоленные морские волки.

После такого плавания о паруснике «Херсонес» наконец заговорил мир. Было создано два фильма, написано несколько книг.

Капитан дальнего плавания капитан Николай Аникеев познакомился с Михаилом Сухиной много лет назад на океанском судне «Лангуст». Михаил был назначен к капитану Аникееву четвертым помощником, судно отправилось в длительный рейс в Индийском океане. Михаил Сухина после этого вырос до штурмана, затем до капитана. Но с Николаем Аникеевым они до сих пор дружат и поддерживают связь.

Автор текста: капитан дальнего плавания Николай Аникеев

Литературная обработка: Ирина Жибоедова

Великая Отечественная, война с Японией и более 30 лет службы: долгий путь Николая Голубцова