2020-05-14T07:02:24+03:00

Сушим весла: Моряки из Севастополя проходят «двойной» карантин – в порту, и на родине

Корреспондент «КП»-Севастополь» решила выяснить, почему моряки не могут вернуться в город–герой и как живут их семьи
Многие моряки «застряли» в рейсе в период пандемииМногие моряки «застряли» в рейсе в период пандемии
Изменить размер текста:

Сушим весла: Моряки из Севастополя проходят «двойной» карантин – в порту, и на родине

Корреспондент «КП»-Севастополь» решила выяснить, сколько моряков не могут вернуться в город –герой и как живут их семьи

Муж жительницы Севастополя Анны Пивоваровой находится в рейсе на зарубежном транспортном судне. Попасть домой он должен был еще в марте, но долгожданного возвращения из рейса не случилось – экипаж не смог вовремя смениться.

— Двое маленьких детей уже 7 месяцев не видели папу, - говорит Анна.

Старшие родственники в семье Пивоваровых продолжают работать, поэтому с утра и до вечера Анна занимается малышами сама. Одному ребенку четыре года, второму – полтора, внимания они требуют много. С мужем все это время она держит связь по скайпу и через мессенджеры, но только, когда судно заходит в порт и ловит интернет. Бывает, что по несколько недель от него нет вестей, и это самое сложное. Сейчас судно направляется к Фолклендским островам в Атлантическом океане.

— Супруг на судне чувствует себя хорошо, провизию им доставляют регулярно, пока все благополучно. Но психологически, конечно, сложно, усталость накапливается. Он собирался уже быть дома, а теперь неизвестно, когда мы встретимся, - рассказывает девушка.

Морское судно должно прийти в порт Санкт-Петербурга, где всем морякам требовалось пройти 14-дневный карантин в одном из пансионатов, за свой счет. Но и затем дорога домой оказывается слишком длинной. После прилета в Симферополь придется проходить карантин повторно - либо в Евпатории, либо в пансионате «Изумруд», который сейчас работает в режиме обсерватора.

— Дело вовсе не в деньгах, которые придется заплатить за проживание. 28 дней из жизни моего мужа – это четверть времени, которую он проводит на берегу перед следующим рейсом. Целый месяц мы так и не увидимся, —говорит Анна.

То есть, вернувшись из рейса в Санкт – Петербург, супруг Анны проведет сначала 14 дней на карантине в Северной столице, а затем еще столько же в Крыму.

Категоричный ответ Анна получила и в Департаменте общественной безопасности: «нахождение в обсервации обязательно для всех граждан, прибывших из г. Москва, Московской области, г. Санкт-Петербурга, а также из-за пределов Российской Федерации».

— В Калининграде морякам просто делают тест на коронавирус, в Новороссийске отправляют сидеть дома, а для моряков в Севастополе такие условия, - сокрушается девушка.

В то, что ее муж мог заразиться коронавирусом на судне, Анна не верит. Уже 7 месяцев экипаж не контактирует с окружающим миром.

— Ни в одном порту моряки на берег не сходят. Это запрещено, их просто не выпустят. Провизию на борт доставляют подъемным краном, все несколько раз упаковано и продезинфицировано. Даже мусор они не выходят выбрасывать – к борту судна подгоняют специальную емкость, - рассказывает девушка.

Проблемы возникли не только у моряков на борту, но и у тех, кто застрял на берегу, и не может работать. Многие севастопольские семьи остались без единственного источника дохода.

Именно в такую ситуацию попал второй механик Антон Силенко. В марте он должен был уйти в рейс, но из-за пандемии сделать этого не удалось.

— У меня нет возможности добраться до порта посадки, смена экипажа закрыта и во многих российских портах. Ребята выкручиваются, как могут, добираются окольными путями до Минска, там можно сесть на самолет. С финансами сейчас непросто, да еще у меня банковский кредит. Мне выдали справку о том, что я не могу добраться до места работы, но на этом основании «кредитные каникулы» банк предоставить отказался. Придется вставать на биржу труда, - рассказывает Антон.

Кстати, специализированные крюинговые агентства Севастополя ежедневно получают сотни запросов от моряков, но трудоустроить никого не могут из-за закрытия границ. (Такие компании выступают посредниками между судовладельцем и моряком, помогают с оформлением документов и трудоустройством).

— Нам шлют письма, по 20-30 звонков в день получаем, но мы никак помочь не можем. Все без работы, все попали. Остается только ждать, когда ограничения снимут, — рассказывает Полина, сотрудница крюингового агентства «Магнит».

Морякам из Крыма и до пандемии было непросто. Приходилось делать временную регистрацию в соседнем Краснодаре, там получать загранпаспорт и оформлять все документы. Или проделывать все это на территории Украины.

— В полученном у нас загранпаспорте указан пункт выдачи «Краснодар», однако по коду подразделения можно легко проверить, что документ оформлен в Крыму. Крым и Севастополь никак упоминать нельзя. В Европе регионы не признают частью России, иностранные судовладельцы не хотят трудоустраивать таких граждан, брать на себя ответственность. Да и российские компании берут только «материковых» моряков, — отмечает Полина.

По данным Международной морской организации (IMO) сейчас в репатриации нуждается около 150 тысяч российских моряков, работающих на торговых судах под разными флагами. Это ставит под угрозу как благополучие самих моряков и безопасность на море, так и функционирование цепочек поставок по всему миру, ведь морской транспорт обеспечивает до 90% мировой торговли.

Ранее «КП»-Севастополь» писала о моряках, которые смогли вернуться в Россию из Западной Африки. Еще в апреле они должны были сойти на берег и отправиться домой, но из-за пандемии авиасообщение было приостановлено. Благодаря содействию депутата Госдумы от Севастополя Дмитрия Белика 12 мая моряки прибыли в Мурманск. Перед приездом в Севастополь они пройдут необходимую обсервацию.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

В Севастополе продлили режим самоизоляции до 17 мая

Об этом заявил врио губернатора города Михаил Развожаев (подробности)

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также